Генерал из Вилейки

Михаил Панфилович Алябин
Издревле наши предки обживали удобные для жизнедеятельности места: и чтоб лес рядом, и земля плодородная, и речка неподалёку. Вилейка подходила всем этим требованиям.

Сегодня вряд ли кто точно скажет, когда здесь поселился основатель большого, уходящего вглубь веков рода Алябиных. В похозяйственной книге 1949-1951 годов прошлого столетия главой одного из хозяйств значился Панфил Яковлевич. Чем знаменит, спросите? Тем, что дал жизнь будущему генералу.

Помню, в один из приездов в деревню, где долгие годы успешно бригадирствовал Николай Петрович, тоже Алябин, зашёл разговор об именитых земляках. Собеседник назвал несколько фамилий деревенских, кто чем прославился.

– Так и мой родственник Михаил, сын дяди Панфила, генералом был. Имел много военных наград. В последние годы жил в Москве, – просто, без какой-либо вычурности сказал.

С той поры немало лет минуло. В деревне не осталось ни одного жителя с доминирующей фамилией, да и самого Николая Петровича. Сейчас сожалею, что не расспросила его тогда о столичном родственнике, и читатель раньше узнал бы, кто прославил Вилейку.

Михаил родился в исторически значимом 1917-м. Брат Иван был старше, сестра Анна тоже (выйдя замуж, стала Ларенковой, до конца своих дней жила в соседнем Мамонове). В начальную школу ходил в Поддубное. Смею предположить, что учёбу продолжил в Селижарове. Повзрослев, уехал в Ленинград к брату, известному в морских кругах. Выбрал другое направление – поступил в пожарное училище. О том жизненном периоде на берегах Невы практически ничего выяснить не удалось. Известно только, что к началу войны был кадровым военным.

Его фронтовая биография состояла из многих значимых событий. Участвовал в различных боевых операциях. Так, «…в период с 15 по 22 августа 1942 года в борьбе с превосходящими силами противника батальон под командованием Алябина успешно прикрыл правый фланг дивизии Донского фронта. Уничтожил около 500 вражеских солдат и офицеров, пять ДЗОТов, два танка, взорвал склад с боеприпасами и т.д.». Храбрый и решительный командир Гвардии старший лейтенант был удостоен ордена Красной звезды. А в октябре 1943-го начальник штаба 40-й Гвардейской стрелковой дивизии подписал приказ о представлении Алябина, уже гвардии-майора, к награждению орденом Красного знамени.

Михаил Панфилович командовал в тот момент сводным мотоотрядом на Украинском фронте. «По приказу командира умело организовал марш и преследование противника. Возглавляемый им отряд действовал смело и дерзко. На автомашинах врезался в колонну пехоты и артиллерии противника, отходящей к городу Енакиево. Сходу развернулся, обстрелял из пулемётов прямо с автомашин и группами автоматчиков рассеял колонну, не дав возможность оказать организованное сопротивление. Противник бросил здесь 18 орудий и в беспорядке отступил к городу. Командир Алябин, смело преследуя противника, буквально на его плечах вместе со своим отрядом ворвался в город, проявив образцы мужества и храбрости, увлекая за собой бойцов. Лично сам уничтожил более 20 немцев. В результате смелых действий отряда город был полностью очищен от противника», – так описывается подвиг героя.

Впереди было ещё много политых кровью и потом фронтовых дорог. Войну земляк закончил в звании полковника. И, что удивительно, не получил ни одного ранения. «Зато прибавилось боевых наград: орден Отечественной войны I степени, орден Суворова III степени, орден Александра Невского и другие.

Послевоенную жизнь Михаила Панфиловича нельзя назвать лёгкой, безоблачной. Непростые годы службы в Тирасполе. Кстати, там при удивительных обстоятельствах произошло знакомство с И.Я. Комаровым. Игорь Яковлевич приехал заключать договоры на поставку фруктов и спиртного для района, но возникли трудности с оформлением документов. Алябин помог.

Затем заместитель командира группировки советских войск на Кубе во время Карибского кризиса, выполнение воинского долга на полуострове Таймыр, самой северной материковой суше евразийского континента. Учёба в академии им. Фрунзе в Москве.

Живя в приличной столичной квартире, имея служебный автомобиль и личного шофёра, ни в чём не нуждаясь, Михаил Панфилович, сложив чемодан с гостинцами, ждал момента, чтобы махнуть на родину. На железнодорожном вокзале генерала с адъютантом и собакой встречал райвоенком. После мужских объятий газик брал курс на Вилейку-Мамоново. Здесь, на деревенских просторах, он отдыхал душой и телом, с удовольствием общался с земляками.

– Михаил Панфилович навещал больного отца. После его смерти останавливался у сестры в Мамонове. Добрый был человек, приветливый. Теперь таких редко встретишь, – с благодарностью вспоминала уроженка здешних мест Н.А. Кондратова.

Для поездок на родину он старался выбрать лето, когда в лесу полно грибов и ягод, можно искупаться в Тихвине, тогда ещё полноводной, или поехать на Волго, порыбачить на бейшлоте.

Иной приезд по времени совпадал с окучиванием картошки. С детства познавший крестьянский труд, Михаил Панфилович не наблюдал за работой колхозников из окна.

– Дядька мог взяться за тяпку, а если нужно – и тряпку, – вспоминает племянник С.А. Новоторов.

Знакомые генерала рассказывали и такой случай. Сенокос. Горячая пора в деревне. Колхозный председатель М.Г. Волкова, мудрая, с хитринкой, женщина прошла по деревням, умоляя помочь каждого, кто в силе. Михаил с братом Иваном, морским офицером, враз вышли с косами. Делая прокос за прокосом, сдали в колхоз не одну тонну сена.

Много времени проводил он за чтением. Причём рядом всегда блокнот с карандашом: выписывал интересные места. Он был компетентным не только в своей военной сфере. Собеседник исключительно интересный, потому деревенские тянулись к нему. Подкупала простота в общении.

– Генерал не показывал своего ни социального, ни имущественного превосходства, – продолжал племянник. – А Москву знал как свои пять пальцев. Собственно, он открыл мне в юности столицу. До глубины души благодарен ему за экскурсии, которые устраивал. А ещё была у него привычка, которой не изменял. Перед завтраком доставал из шкафа форму и ботинки. Тщательно гладил, чистил, хотя неделю не надевал.

В последний раз Вилейка видела своего именитого земляка в 1970-м. На следующий год генерала не стало, хотя ничто не предвещало его преждевременный уход. 54 года разве возраст?

У Михаила Панфиловича остались жена (с ней познакомились на фронте) и две дочери. Сейчас уже взрослые внуки. Наследники не забросили отчий дом в Вилейке. Каждое лето проводят на берегу Тихвины, с любовью вспоминая своего деда.

Надежда РОМАШОВА

Оставить комментарий

Комментарии:
  • Загрузка...
Архивы:
artafish.ru alexeysedov.ru