Рубрики
Реклама

Танкист Миня

Какое-то необъяснимое чувство подталкивает в очередной раз взять в руки список земляков 1921-1923 г.р., призванных на защиту Отечества в середине июля 1941-го. В нём 554 фамилии – столько молодых ребят, среди них немало комсомольцев, отправились на разные фронты Великой Отечественной.

По-разному сложились их судьбы. Одним уже вскоре пришлось взять в руки оружие, другим проходить обучение и соответствующую подготовку. О некоторых из той полутысячной команды наша газета рассказывала. Это П.В. Манушенков, уроженец Большакова, Н.Ф. Лебедев из Чёрного Рытого, С.А. Бобылёв из Ленина, Н.Е. Веселков из Нижних Горок (он в списке под номером 391). Двумя строчками выше фамилия М.А. Рыбакова из Большого Ивахнова.

В рождении этого материала помогла жительница деревни А.А. Сабурова. Александра Андреевна назвала родственников будущего героя, проживающих в Санкт-Петербурге и на лето приезжающих в деревню. И вот объёмный архив присланной информации: фото, документы, письма. Как здорово, что их сумели сохранить!

За основу своего труда мне пришла в голову мысль взять письма Михаила, или Мини, как его ласково называли родные. На мой взгляд, они полнее расскажут о судьбе их автора. Здесь не только традиционные приветствия и пожелания доброго здоровья, а в большей степени воспоминания о молодости, рассуждения о жизни, огромное желание бить врага и вера в Победу.

18.01.1942. Ульяновск

Здравствуй, дорогой дядюшка Михаил Яковлевич! С приветом к тебе твой племяш Михаил А. Письмо твоё получил вчера, которому, как всегда, бываю рад. Читая его, будто нахожусь в Ивахнове. До чего иной раз приятно вспомнить о бывшем, чего никогда не вернёшь. Но у меня есть какая-то уверенность, что мы соберёмся вместе на Рождество в кругу родных и знакомых за поллитровкой, ведя оживлённый разговор о минувших днях, о кровавом Гитлере, о тех трудностях, которые переживаем и которые придётся пережить. Я верю, что увижу у себя на плечах своих крестников Леонида и Шурика и обниму престарелую бабку Анну Максимовну. Для этого надо окончательно разгромить и уничтожить кровавую немецкую свору, пробравшуюся на нашу Родину.

Скоро и мне выпадет честь выполнять желание всего народа. В первых числах марта нас выпускают из училища. Иной раз не верится, что я ещё недавно бегал в школу. Но я клянусь тебе, дядя, что буду с честью выполнять все задачи, возложенные нашим правительством и командованием.

На днях получил письмо от отца. Он в Ярославской области в 3-м строительном батальоне. Пишет, что переживаний на его долю выпало порядочно. Ещё находится в своей одежде, вернее, признаках одежды. О доме, как и мы с тобой, знает мало. Наши места заняты немцами. Позавчера по радио сообщили радостную весть об изгнании фашистов из Селижарова. Вот теперь я точно знаю, что оно освобождено! Что осталось от него?

Рождество провёл при весьма плохом настроении. Жаль Ваську Рыбакова. Признаться, дядя, ещё не хочется умирать. Ещё, чёрт знает, как хочется жить! Но если Родине требуется моя жизнь – сразу отдам. Дядя, если увидишь впоследствии отца или мать, то передай, что я их любил всем сердцем, сердцем сына, и что погибну за их свободу и независимость.

Сегодня у нас выходной. Ходил в театр, а сейчас в ленинской комнате под звуки музыки пишу тебе. Когда будем отправляться, сообщу.

Горячо тебя любящий племянник Миня.

1.03.1942

Здравствуй, многоуважаемый дядюшка Михаил Яковлевич! С приветом к тебе твой известный племянник Михаил… Ты один остался из родных у меня, с кем бы я мог делиться своими впечатлениями и переживаниями в своей молодой, но, грубо выражаясь, монашеской жизни. Но я смирился с этим положением, и теперь, кажется, иного пути жизни для меня и не существует. Сколько трудностей, сколько нервов нужно потрепать, чтобы втянуться в лямку военной жизни, которой сейчас живёт наша армия…

Время всё проходит в учениях. Развлечений, сладких минут, которые, может быть, имелись в гражданке, теперь нет. Их отблеск ощущаю, когда нахожусь в столовой… Иногда появится злоба на всё человечество, которое ведёт эту бесчеловечно жестокую, кровопролитную войну. А иногда проходит антициклон, и я, как парусное судно, беспощадно качаюсь на волнах. Но это бывает иногда, особо в воспоминаниях о доме, родных и знакомых, о любимых когда-то девушках. Но сейчас мне кажется, что это было как во сне. И когда получаю от тебя письма или ещё от кого, я словно сбрасываю маску, которая усыпляет меня в заботах, вернее, изолирует от внешнего мира. Таким письмом для меня было письмо Васи Рыбакова. От него я, словно трахнутый электротоком, поднялся, и как-то по-особому мне представилась война, до чего я мало уделял внимания этому вопросу. Он пишет из Костромы из госпиталя. Ранен 14 января в шесть часов утра под Ленинградом осколком в правую щёку. Выбило четыре зуба, повредило скулу, пробило язык. По-видимому, уже поправился, наверное, снова пойдёт на фронт. А разве он не хочет жить? Разве ему жизнь не дорога? За это я лично отомщу фашистам… Посылаю фотокарточку. Ведь обещал тебе давно. Будь здоров.

22.03.1942

Здравствуй, многоуважаемый дядюшка Михаил Яковлевич! С приветом твой племянник Михаил А. Нахожусь на прежнем месте, т.е. в училище. Нам прибавили ещё месяц учёбы. От тебя давно не получал писем, хотя и сам не писал давно. Но поверь, дядя, ужасно некогда. И это письмо пишу по временам. Перед выпуском будут выпускные зачёты – так вот и не знаем покоя ни днём, ни ночью. Скоро поедем бить вшивых гадов.

Получил от родителей два письма. Отец приехал и живёт дома: его по болезни оставили по чистой. Мать с Лизой живы и здоровы, но пришлось многое пережить во время эвакуации. Корову мать зарезала и спрятала, также поросёнка и овцу. Вторую овцу немцы подстрелили, но она от них ушла и сдохла. Отобрали 6 кур, 2 пуда муки, гитару и кое-что по мелочи. Когда отступали, сожгли Краски, Малышку, Чижи, Мошки, Бучково, Смольки и др. Наша деревня осталась цела благодаря партизанскому отряду, организованному Зеховым Нилом. За Малым Ивахновом был бой, в котором убили 26 немцев и 6 взяли в плен. Немцы убили Саню слепого. Володя Козлов умер от туберкулёза. Колхоз растащили немцы и сами колхозники. Оставшихся 14 лошадей – и тех кормить нечем. Ну а молодёжь не унывает, собирает вечеринки. Берут в армию ребят 23-го, 24-го, 25-го г.р.

Горячо любящий тебя племянник М. Рыбаков.

15.04.1942

Привет из Ульяновска. Здравствуйте, дорогие родители папа, мама, сестра Лиза! Письмо ваше, писанное 28 марта, получил, чему, конечно, безгранично рад. Нас могут выпустить смотря по обстановке на фронте.

Вероятно, вас интересует, кем, т.е. какое воинское звание присвоят. Есть специальный приказ НКО. Перед выпуском курсанты подвергаются государственным зачётам. Получившим оценки «хорошо» и «отлично» присваивают звание лейтенанта, получившим посредственные – младшего лейтенанта, а плохие – старшего сержанта с отправкой на фронт. Думаю, не меньше младшего лейтенанта получу. Не исключено, что нас отправят на Дальний Восток к япошкам. Нам выдали уже выпускное комсоставское обмундирование. Сейчас готовимся к параду 1 мая. Сапоги «горят»: они выданы в личное распоряжение, о них надо самому заботиться и чинить за свой счёт.

Весна что-то плохо вступает в свои права. У нас в это время в прошлый год поехали пахать, а здесь ещё снегу полно. Зима была очень суровая, отморозил конец носа. Мучили ветры, местность открытая, леса почти нет. Каждый месяц жили по 3 дня на выходах в лесу. Доставалось в наших шинелях без подкладки.

Почему-то стал скучать о доме, чего не было раньше. Даже во сне часто вижу вас. Если есть фотокарточки – пришлите. Лиза, напиши, где сейчас Борис Артемьев. Я ему послал несколько писем, но от него не получил. Где Вася Кутузов и другие ребята? Что делает сейчас молодёжь? Что в колхозе? Мама, наверное, верёвки вьёт. У нас идёт дружная подписка на заём, я подписался на 1000 руб. Передайте привет Аркадию и всей молодёжи. До свидания! Крепко жму руки и обнимаю всех. Ваш сын и брат Миня.

12.05.1942

Здравствуйте, дорогие родители папа, мама и сестрёнка Лиза! Нахожусь ещё в училище. Есть предпосылки, что май ещё прозанимаемся. Программу обучения прошли и теперь повторяем. Наступила и у нас хорошая погода, но только уж больно изменчивая. 18 мая выезжаем в поля, что, конечно, меня радует, ибо, признаться, уже надоели классы, в которых провели зиму.

Вас, возможно, интересует, чему нас научили? Правда, это неуместный и нескромный вопрос. Но всё же очень скромно могу сказать и благодарить Родину за те знания, которые мы получили в стенах училища, а поэтому мы Родине всем обязаны, даже самым дорогим – жизнью. Я могу быть шофёром, могу беспрепятственно водить мотоцикл, хорошо знаю танк, а также водить его, могу быть артиллеристом, работать на рации. Знаю тактику танковых войск. Хорошо знаю оружие, из которого также умею метко стрелять. Научился метко стрелять из револьвера. Вчера как раз стреляли из нагана. Также изучаем и ряд других военных наук. Так что мы полноценные командиры-танкисты. Сообщаю, что в апреле вступил в комсомол.

Завтра будет десять месяцев как из дома. Признаться, соскучился порядочно. Хорошо бы погулять дома месяц, заодно и отдохнуть. Но это фантазия. Не время гулять, когда страна в таком тяжёлом положении. Мы должны приложить все усилия, чтобы 42-й год стал годом разгрома немецких фашистов, как сказал тов. Сталин…

10 апреля 1943 года свой «большой привет» Михаил Александрович Рыбаков, уже гвардии старший лейтенант, слал матери: «Нахожусь на отдыхе в Воронежской области. Не получал от вас с прошлого года никаких известий. Все товарищи получают письма, а у меня будто нет ни родных, ни знакомых. Так что не знаю, живы вы или нет. Как получил от папы в прошлом году письмо, так с тех пор ни слуху, ни духу. Что с ним? Где Лиза? Почему она не напишет? Возможно, на что-то сердится? Имеете ли какие сведения из Ленинграда и от других родственников? Где сейчас дядя Миша? Борис? Что нового в деревне?»

В мае 1943 года в письме сестре Елизавете, находившейся в тот момент в ФЗО в г. Кемерово, просит её не скучать. Интересуется, где дядя Миша, что с ним. В последующем, июльском, сообщает, что «…письма от 19 мая и 20 июня получил сразу. Живу хорошо, не скучаю. Свободного времени очень мало. Оно если и есть, то нельзя использовать по своему усмотрению. Не могу сфотографироваться – всё время находимся по лесам. Имею переписку с Нюрой Лебедевой и ещё кое с кем. Пиши чаще».

Вероятно, то была последняя весточка от сына, брата, племянника.

Летом 1943 года во время Курской битвы шли ожесточённые бои в районе Ахтырки. Город являлся одним из наиболее сильно укреплённых узлов немецкой обороны на этом участке фронта. В августе он стал местом концентрации танковой группировки противника для удара по 27-й армии. И вот здесь в бою погиб командир взвода средних танков 12-й гвардейской танковой бригады гвардии старший лейтенант Рыбаков Михаил Александрович. Похоронен в г. Ахтырка Сумской области. Об этом отцу А.Я. Рыбакову, обратившемуся с запросом о судьбе сына в архив Министерства обороны СССР, сообщил заместитель начальника четвёртого управления генерал-майор Андреев.

Весной 1964-го Александр Яковлевич, участник трёх войн, получил из Ахтырки сообщение, что прах его сына после войны перенесён в братскую могилу погибших воинов на Соборном кладбище. Жители города горячо благодарят родителей за то, что вырастили сына героем, который ценой своей жизни освободил город от гитлеровских захватчиков.

Так приоткрылась ещё одна страничка летописи беззаветного служения наших земляков, сражавшихся в лихую годину той большой кровавой войны.

Подготовила Надежда РОМАШОВА.
Фото из семейного альбома
Г.А. Костылевой,
племянницы М.А. Рыбакова

Оставить комментарий

Комментарии:
  • Загрузка...
Архивы:
artafish.ru alexeysedov.ru